Alice from Looking-glass

Начало
Продолжение 1
Продолжение 2
Продолжние 3
Продолжние 4

Ландау не выносил неожиданностей, они оказывали на него удручающее действие: он просто пугался. Всегда и всем говорил, что предпочитает быть пять минут трусом, чем всю жизнь трупом. Тем не менее, он совершал весьма смелые поступки – на протяжении многих лет отстаивал свои взгляды на науку и её преподавание, не стеснялся высказывать своё мнение об окружающей политической обстановке (в результате в КГБ накопилось на него весьма внушительное досье).

Ландау был арестован в мае 1938 года по доносу одного из своих учеников. Основанием для ареста Ландау стала написанная им и его друзьями антисталинская, хотя и просоциалистическая листовка. Этот факт можно понять, лишь учитывая, что Ландау, активно не принимавший диамат как основу физики, считал себя марксистом и был горячим советским патриотом.

Год просидел в сталинской тюрьме, откуда был извлечён чудом и усилиями П.Л.Капицы. В тюрьме он «развлекался» тем, что дразнил подхалимов: «Я очень люблю дразнить, когда есть за что!»

Ходатайствуя об освобождении Ландау Петр Капица отправил письмо с просьбой освободить Ландау лично Сталину. Стараясь оправдать своего подопечного, он признавал его недостатки: "Следует учесть характер Ландау, который, попросту говоря, скверный. Он задира и забияка, любит искать у других ошибки, и когда находит их, в особенности у важных старцев, то начинает непочтительно дразнить. Этим он нажил много врагов".

В показаниях, данных Ландау в тюрьме, можно прочитать: «К началу 1937 года мы пришли к выводу, что партия переродилась, что советская власть действует не в интересах трудящихся, а в интересах узкой правящей группы, что в интересах страны свержение существующего правительства и создание в СССР государства, сохраняющего колхозы и государственную собственность на предприятия, но построенного по типу буржуазно-демократических государств».

Когда у Ландау спрашивали: «Трудно было в тюрьме? - Серьезных неудобств я как-то не заметил, - отвечал он. - Я там много занимался, выполнил за год несколько работ. - Вам что, давали бумагу? - Нет. Свои работы я запечатлел в уме. Это совсем не трудно, когда знаешь свой предмет».

В молодости жена Кора купила Ландау красивый кожаный портфель. «А зачем мне портфель? - удивился Дау. - В баню я не хожу, предпочитаю домашнюю ванну. - Но ведь портфель нужен не только для того, чтобы ходить в баню. Ты читаешь лекции студентам, разве у тебя нет конспектов? - Конечно, нет. Никогда у меня нет никаких тезисов, все в голове. Даже когда я докладываю о своей новой работе в Академии наук, она у меня только в голове. Портфель - вещь обременительная, я никогда не пользуюсь шпаргалками».

Кора вспоминает: «Гарику [сыну] было три года. Дау говорит: «Коруша, почему ты вмешиваешься в личную жизнь ребёнка? Ты ему хочешь испортить детство? Почему ты, прежде всего, перед тем как войти в комнату, не постучала, не спросила разрешения войти? Гарик, приучи маму к культурному обращению, запирай свою комнату на ключ, смотри, как легко запирается, раз – и закрыто. Теперь открой – видишь как легко. Пусть мама не мешает тебе играть». Что произошло в результате – догадаться нетрудно: трёхлетний ребёнок закрылся на замок и уснул, при свете и одетый – пришлось ломать дверь».

Из воспоминаний Коры Ландау: «Я неосторожно попросила Леночку [домработницу] помыть в кухне пол. Дау меня засёк. Он сейчас же с лестницы позвал меня строгим голосом к себе наверх, плотно закрыл дверь и с упрёком сказал: «Коруша, я от тебя этого не ожидал. Девушка сидит, читает «Анну Каренину», а ты к ней пристаёшь с каким-то полом. Побойся бога. Чистота в квартире нужна в основном тебе: ты и убирай!… Ты дошла до такого абсурда, что вытираешь пыль под кроватью, а она никому там не мешает, но ты всё это проделываешь для собственного удовольствия. Но над посторонним человеком ты не должна издеваться».